Рассмотрим ситуацию. Я – ЧП и/или ИП в регионе. Есть ЮЛ где-то в федеральном центре — закупщик региональной продукции. ЮЛ переводит на мой счет сумму. Моя задача: найти и закупить нужное количество продукции региональных производителей, установленного качества в оговоренном диапазоне закупочных цен. Предварительно продукция накапливается до достижения единицы отправки. Назначение и количество отправки – сообщается ЮЛ. По факту отправки – отчет ЮЛ и извещение получателю. Производителям оплачиваю я, со своего счета, немедленно при получении. В конце: ЮЛ получает отчет по платежам и счет за мои услуги. По факту приемки моих услуг – взимается оплата. А пока я бегал, ЮЛ формирует новый заказ – и понеслось потоком.
Читатель, юрист, орган, судья: что в этой схеме криминального? Преступного?
Описанная схема – коммерческая деятельность. Но, в части платежей: достаточно прозрачное и исчерпывающее описание аккредитива покрытого, револьверного, документарного, безотзывного. Это – сложная банковская операция. Если по существу своему – аккредитив, то и исполнять его надлежит именно в соответствие с требованиями к обработке аккредитивов соответствующего класса ЦБ РФ, ФЗ РФ, ГК РФ, здравым смыслом, всеми требованиями к созданию и обороту соответствующих документов. Что и значит: направлено на то, на что предназначено и оформлено так, как и должно.
Так я занимаюсь подпольной банковской деятельностью? Я – преступник? Я допустил нарушение лицензионного законодательства?
Любая банковская операция – всегда часть коммерческой деятельности. Любая операция, оформленная надлежащими документами, не запрещенная действующим гражданским законодательством, не содержащая признаков состава преступления или административного правонарушения – законна. В гражданском: разрешено все, что прямо не запрещено.
Далее я буду именовать банки – коммерческими банками (КБ), а приводимую деятельность – банковским учреждением (БУ), что бы отличалось.
Идем в КБ. Слово «аккредитив» – лучше не употреблять, решат, что ругаешься. Минимально простейшая банковская операция – перевод. Оформляется документом: платежным поручением (клиента банку на совершение перевода). Ну попробуйте попросить документ, подтверждающий операцию по счету… А Вы сами попробуйте, тогда поймете, что означает многоточие.
Документ – это предъявляемое доказательство, обладающее неопровержимой юридической силой в глазах ЛЮБОГО заинтересованного лица.
Нет документа – нет оснований для учета и проводки. Да вообще любая существенная деятельность без документа – криминал. Так ведь иначе и быть не может!
Даже официальное уведомление (документ) о закрытии счета в КБ – получить очень затруднительно!
А я выдаю своим клиентам все документы надлежащего оформления и незамедлительно. Об одном прошу их: если Вам документы не требуются, то не надо, едва получив из моих рук, тут же рвать их и швырять мне в лицо! Я обязан их изготовить и вручить. Если Вам не надо, то в сторонку, порвите, обязательно порвите и выбросите. Так ведь не на пахана я работаю, не на преступную группировку, не отжимаю Вас… Я на Вас работаю! И по чести мне работать правильно, законно и честно – обрывками в лицо — я не заслуживаю.
Если мои учеты и документы, по крайней мере выданные клиентам – идентичны, то я подпольщик? Преступник?
Лицензированию подлежит не абы-какая, а коммерческая, профессиональная (поточная) банковская деятельность.
Другой пример. Я должен был Пете деньжат. У Пети жена – Марина. Естественно, с обоими надлежащее регистрационное производство проведено. Но Петя убыл в командировку или на СВО, SMS-ку прислал: отдай мол Маринке. SMS-ка – распоряжение по счету подтвержденного клиента на перевод в пользу другого подтвержденного клиента. Маринка, чек подпиши на снятие и получи! Что в этом подпольного? Криминального? Да, нет лицензии, но для описанного и не нужна!
А между тем я Вам описал самую простую и самую сложную банковскую операцию.
Я не участник МФО (межфилиальный оборот) и мне не нужно соблюдать форму электронного межбанковского обмена. Но…
Предположим, что и Маринка укатила на заработки. Но в том городе у меня хороший знакомый имеется и профи, и тоже мой клиент. Звонок Артему: барышня зайдет, паспорт, выдать сумму нужно, сегодня, сейчас, а мы сочтемся. «Сочтемся» — это клиринговая операция в порядке взаимной корреспонденции – вот Вам децентрализованный прямой расчет. И все белым-бело, потому что сначала регистрационное производство, а потом деятельность, электронный обмен, документы. А что счета? А как деньги считать? Их на счетах и считают! Блокнотик на память – это криминал, а документ – законная деятельность и доказательственная сила.
Петруха вернется с СВО – не сможет упрекнуть меня в замыливании его денсредств. Маринка их получила в тот же день и для этого все подтверждающие документы имеются и, в части касающейся, могут быть представлены Петру по первому его требованию.
А может ли Петруха спросить у меня, ну как у кореша: сколько там у Маринки получек было? А вот хрен тебе! Маринка – клиент и ее тайну я беречь обязан. А что ты муж ее – так у нее и спрашивай. А надо мной не висни!
Ну а если Петруха задумал недоброе? Тогда признаки имеются, что списком публично доступно. Финмониторинг – не тормознет, не знает. А я знаю. И тормозну. Разберемся – хорошо. А если плохо – в финмониторинг, потому что платеж, по подследственности, в соответствие с квалификационными признаками состава, в общий надзор (Прокуратура), если размах – донесение с приложением доказательственной базы. Почему??? Жила бы страна родная – и нету других забот. Сложно со мной? Со мной – правильно.
Так чья же деятельность: КБ или БУ – более законна, документируема, прозрачна, доступна и надежна? Ведь любая деятельность на что направлена – того и достигает.
Благодарю за внимание.
РФ, г.Ростов-на-Дону
Борчанкин С.Г.
10.12.2023 № 039